Кто сдал "дело Гонгадзе"

Публикация на сайте www.delogongadze.org протоколов допросов свидетелей по «делу Гонгадзе» стала самой впечатляющей утечкой документов за время Гонгадзегейта. Знатоки утверждают, что это еще не предел, и по мере приближения выборов материалов «дела Гонгадзе» в Сети и вокруг нее станет просто завались. Но пока результат усилий так называемой группы британо-ирландских журналистов, выбросивших 23 июля в интернет более 180 страниц допросов, выглядит наиболее эффектно.
Напомним, что первая «предвыборная» утечка материалов из «дела Гонгадзе» произошла 19 июня в английской газете "Индепендент", которая процитировала допросы группы милиционеров, следивших за журналистом. После этого, 1 июля Генпрокуратура Украины возбудила уголовное дело за разглашение материалов следствия. А генпрокурор Геннадий Васильев даже обратился 8 июля в редакцию "Индепендент" с письмом, в котором обвинил издание в попытке "сорвать расследование убийства Гонгадзе и перевести уголовное дело в политическую плоскость". Васильев тогда заявил, что публикация нанесла наибольший вред проведению расследования за все время расследования дела. Но, как говорится, никогда не бывает так плохо, чтобы не могло стать еще хуже.
Реакция на вторую публикацию внешне была не столь бурной - как будто привыкли. В ГПУ заявили, что расследуют новую утечку в рамках уже возбужденного дела. Писем в Национальный союз журналистов Великобритании и Ирландии, который взял на себя ответственность за публикацию, Васильев не писал. А украинские СМИ привычно обсуждают вечные вопросы: «кто это сделал?» и «кому это выгодно?»
Свою версию утечки протоколов допросов "Трибуне" изложил человек, имевший непосредственное отношение к расследованию «дела Гонгадзе» и знающий внутренню кухню Генеральной прокуратуры не понаслышке.

Анализ материалов свидетельствует о том, что документы "ушли" когда они еще находились в одном деле - сейчас эти материалы находятся в двух делах: об убийстве Георгия Гонгадзе и о смерти "оборотня" Игоря Гончарова. Причем можно предположить, что "выброс" определенных материалов дозировался уже теми лицами, которые получили их от кого-то из работников правоохранительных органов, причастных в расследованию. В частности, нет материалов по ряду журналистов, их допросов. Но есть Олег Ельцов, есть Сергей Хамула, который говорит об  "истерии, развернутой Ельцовым", есть даже несчастный, гонимый Сергей Шолох. Можно предположить, что "старые" материалы, собранные на первоначальном этапе расследования и прошедшие через руки Баганца, Потебенько, упомянутых в документах Квитки, Бабенко и пр. интереса не представляли.

Материалы охватывают только одну, небольшую часть этого дела. По сути, от показаний бывшего прокурора Киевской области Владимира Бабенко до заключения экспертов по факту смерти Игоря Гончарова (период с ноября 2003г. до прихода в Генпрокуратуру Геннадия Васильева). И фактически все эти материалы получены в период руководства Генеральной прокуратурой Святославом Пискуном.

Что можно сказать обо всем этом с точки зрения специалиста?

Для начала несколько справочных данных. Следственная группа, которая расследует такие дела, состоит из штатных следователей Управления по расследованию дел особой важности Генпрокуратуры Украины и следователей прикомандированных (тех, что постоянно работают в других регионах Украины районными и областными следователями). Такая группа может быть следственно-оперативной, когда помимо следователей в нее входят и оперативные работники - из органов внутренних дел либо СБУ. Известно, что оперативное сопровождение дела Гонгадзе "при Пискуне" было возложено на СБУ (и это, по известным причинам, правильно). То есть доступ "к телу" могли иметь следователи из следственной группы и в какой-то части - оперативники. Последние вряд ли имели возможность для снятия копий в таком объеме. Обычно они получают возможность ознакомиться фрагментарно с какими-то материалами, необходимыми им для отработки поставленной перед ними локальной задачи (проверка алиби, проведение установочных мероприятий в отношении конкретных фигурантов и проч.).

Помните, ходили слухи о том, что дело засекретили? Если это так, то под этим понимается следующее: утром уголовное дело в подшитом и пронумерованом виде получается в первом отделе и вечером туде же сдается. Какие-либо копии бесконтрольно снимать запрещено. Имеется ряд других ограничений.

Но если посмотреть на "ходящие по рукам" протоколы, то на них отсутствуют следы подшивки. Нельзя говорить и о том, что они распечатаны как копии с компьютера, поскольку на протоколах присутствуют подписи допрашиваемых и слелдователей. Напрашивается один вывод: копии делались вскоре после проведения того или иного следственного действия (до подшивки в очередной том уголовного дела).

Нет нужды повторять, что дело это было (и является) резонансным, и по существующей в прокуратуре практике в конце рабочего дня либо в случае получения интересной информации результаты докладываются руководителем группы непосредственно вышестоящему руководству. Под последними понимаются заместитель Генерального прокурора, который осуществляет надзор за следствием (или руководит им) либо сам Генпрокурор Украины. Доклад результатов может проходить "один на один" либо во время оперативного совещания, которое проводится при одном из заместителей Генпрокурора с участием заинтересованных лиц (например, замминистра МВД, который курирует оперативные службы и проч.).
Но на практике, чаще всего, копии наиболее интересных с точки зрения следствия протоколов следственных действий (допросов, очных ставок, заявлений о явке с повинной и проч.) передаются руководству. Эти документы остаются у такого руководителя "под рукой" - на всякий случай (для срочного доклада Генпрокурору, Верховной Раде, президенту, а может и для будущих мемуаров). Да, возможно, что собирал документы кто-то из следователей, но это крайне маловероятно. Почему? А зачем следователю "топить" свое дело? Какой смысл подставлять тех, кого ты с трудом склонил к даче правдивых показаний, убеждая, что сказанное на допросе будет конфиденциальной информацией?  Это абсурд!

Обратите внимание: основные следственные действия проводили не рядовые следователи, а либо руководитель следственной группы, либо руководители  Управления по расследованию дел особой важности (в том числе и с участием одного из заместителей генпрокурора). А указанные лица вряд ли заинтересованы в "утечке" этой информации, тем более они не могли передавать копии допросов своим подчиненным (Зачем?). А вот руководителям, считаю, такие (важные) протоколы передавались в обязательном порядке...

Надо сказать, что есть еще так называемое наблюдательное (надзорное) производство. Это накопитель, в который прокурор специального отдела по надзору за следствием в Управлении по расследованию дел особой важности собирает наиболее важные документы по делу. Однако, как правило, это не протоколы допросов (за исключением, пожалуй, случаев допроса после предъявления обвинения), а постановления об избрании меры пресечения, постановления о продлении процессуальных сроков, переписка по жалобам, запросам депутатов и проч.

Таким образом, наше мнение - материалы "ушли" от кого из тогдашних руководителей Генпрокуратуры. "Униженных и оскорбленных"... Но могу сразу же предположить, что вряд ли эти документы продавали. Мотив был иной, не корыстный: показать, что работа по делу проводилась активно и есть результаты. "Сдача" документов - результат обиды и, наверное, желание "подставить Г.Васильева. Этого они добились.

Можно обратить внимание на один из опубликованных протоколов, где есть запись с изложением личного мнения о допрашиваемом свидетеле и его поведении во время дачи показаний. Следователь на следственном документе никогда такого не сделает - ему надо направить дело в суд, а личное мнение следователя не всегда соответствует официальной точке зрения. А вот на документе, который является копией и который вряд ли будет направлен в суд - можно.

Хотя документ этот давний. Допрошен был упомянутый Бабенко - бывший прокурор Киевской области. Крайне слабый специалист, он ни в чем положительном за время работы себя не проявил. Недалекий, напуганный (о чем и говорится в пометках на протколое на протоколе, и о чем фактически свидетельствуют показания самого Бабенко), - этот человек для знающих его запомнился близким родством с известными работниками торговли да утренними жареными карасями, которые приносил любимому начальнику, больному язвой. Но своего добился: сделал карьеру - получил две генеральские звезды. А затем допустил прокол в деле Гонгадзе и подставил шефа, который при всех отчитал его на оперативном совещании. Потом у Бабенко появились проблемы, связанные с реализацией работниками прокуратуры "китайского конфиската". В узком кругу Бабенко заявил, что вырученные деньги отдаст шефу на предвыборную борьбу. Шефу тут же доложили... Был скандал.
При Пискуне его "ушли" и Бабенко устроился в одну из структур Верховной Рады. При Васильеве восстановился в ГПУ, но, говорят, больше месяца в предложенном темпе работать не смог и вернулся в Верховную Раду...

Рассказываю это в связи с тем, что этот свидетель не мог вызывать положительных эмоций практически  у всего тогдашнего руководства Генпрокуратуры.

Если подвести какой-то итог сказанному, то, во-первых, очень многих из допрашиваемых жестоко подставили. А во-вторых, как бывший следователь, считаю, что следствие по делу продвинулось намного дальше, чем считает обыватель и чем это хотят представить "разносчики мусора" перед выборами.

И не думаю, что для Генпрокуратуры это такой уж большой секрет - кто стоял у истоков "сброса" материалов.