Венерическое

"И куда это я попал?" - первая, тоскливая мысль на выходе из самолета в аэропорту Ларнаки - говорили же: лучший отдых -  в Крыму".
Степь, жара, шар раскаленного воздуха - когда вдохнул, а выдохнуть не можешь - влетает в глотку на трапе. Хочется бежать к зданию аэропорта, где, в отличие от Борисполя, должны быть кондиционеры, и вообще не покидать его.
Такси с правым рулем (наследие английского колониального прошлого) везет в гостиницу мимо унылых песчаных холмов. За окном - минимум живописного. Безыскусные малоэтажки, дорожные указатели с "ломаными" греческими буквами, пыль, скрюченные оливковые деревья, визуальное убожество.
На второй день отпускает. Море таки потрясающее, как обещали. Чисто, прозрачно, мальки плавают под ногами. Никакой тебе галечки - только песок, разной степени желтоватости. Жара - уже не наказание за идиотизм при выборе места отдыха, а, скорее, прикол, забавное препятствие к полному удовольствию. Отель - какой бы ни был (был плохой, но это от неумеренной экономии) все же не отечественный пансионат с тетками в белых халатах. В фойе в клетке орет здоровенный, похожий на ворону попугай. В ресторан можно зайти в плавках. Зайти, заказать коктейль (лучше - пива), и тебе принесут к шезлонгу, стоящему в двух метрах у кромки воды.
Деревянная крыша в кафе увита виноградом, и над головой свисают декоративные гроздья с полкило. Пальмы - большие и по пояс, кактусы - с человеческий рост. Из динамика не слышно неизбежного "я душу дьяволу отдам за ночь с тобою" и "стоит автобус на стоянке, пустой как груди лесбиянки". У столика, в ведерке со льдом - вино "Отелло". Покой. Свобода.
Еще трудно сказать, стоило ли ради этого весь год надрываться: готовить заказные статьи о депутатах, врать, воровать, изворачиваться, не покупать вожделенный ноутбук, собирая на дорогу. Но уже предвкушаешь свой рассказ по возвращении домой - "там, на Кипре, белые люди отдыхают". 

Белые люди

Разговоры о Кипре начинаются с ликбеза на тему: "Кипр - остров Венеры" и "Кипр - офшорная зона". Первый штамп подтверждается на каждом углу. Венера, то бишь Афродита - на чашках, майках, полотенцах, двадцатифунтовых - самых крупных - купюрах. За относительно небольшую сумму вас повезут в редкой красоты бухту, где, по легенде, богиня вышла из пены морской. Туристам дают двадцать минут, чтобы искупаться в легендарном месте и женская часть автобуса стремглав бежит к воде: согласно другому преданию, искупавшись "у Афродиты", помолодеешь.
Кипр, как офшорная зона, привлекающая мировой бизнес налоговыми льготами, рядовому туристу менее заметен. Но дается в ощущениях: капиталы, ангажированные на остров гостеприимным законодательством, подняли уровень жизни и, соответственно, уровень цен на непостижимую для среднего украинцу высоту (доход на душу населения - $15.000).
В обвинениях Генпрокуратуры против лазаренок-тимошенок встречаются названия зарегистрированных на Кипре компаний, через которые, якобы, утекло народное добро. И потому, наверное, справедливо, чтобы на Кипре отдыхали украинские олигархи, отдавая местной казне часть денег, украденных у себя на родине и отмытых благодаря либеральным местным законам. Человеку же, не состоящему на учете в прокуратуре, отдохнуть на острове тоже можно, но труднее: нужно уложиться в прожиточный минимум киприота.

Хорошо, но дорого

Денежная единица Кипра - фунт. Один фунт - это примерно два доллара или десять гривен. Один фунт - это, примерно, бутылка пива, чашка кофе или половина газеты "Комсомольская правда". Фунт делится на сто центов. Самое дешевое, что мне удалось купить на острове - маленькая булочка за 15 центов. До сих пор не пойму как это получилось.
Привыкнув, что с долларом не пропадешь, что доллар - это сила, на Кипре с отчаянием наблюдаешь, как твоя стодолларовая бумажка в обменом пункте превращается в каких-то пятьдесят с небольшим фунтов, пусть красивых, пусть с Афродитой. Обед в таверне (недорогой ресторан, основной на острове тип общепита) в среднем стоит восемь-десять фунтов на двоих, с вином - 12-14. Пройтись по главной улице туда-сюда - еще червонец: кофе, мороженое, сувениры... На второй день замечаешь, что от былой сотки почти ничего не осталось.
Впрочем, поначалу это даже забавно. Опьяненный экзотикой, оглушенный новыми впечатлениями, ты счастлив, добр, щедр и оставляешь в таверне фунт-полтора чаевых, как советуют подлые справочники. Ближе к концу путешествия уже думаешь о том, что надо было брать с собой побольше одноразовых супов, и что если купить в магазине вот эту баночку паштета, то ее, пожалуй, хватит и на завтра. Официанту в эти дни мало что перепадает.
Высоким уровнем жизни, этими вызывающими ценами остров защищает себя от люмпен-туристов, всяческих проходимцев с рюкзаками не хуже, чем своим географическим положением. Для того, чтобы безмятежно валяться на пляжах, нужно как минимум перелететь через пару морей на самолете. Да иметь при себе баксов по пятьдесят на день (официальная, кстати, норма для иностранцев на таможне. Редко у кого проверяют, но могут - например, у симпатичных одиноких туристок из СНГ, подозреваемых в том, что приехали сюда не фольклор собирать).

Дорого, но хорошо

Если на Южном берегу Крыма сочетание моря и нависших над ним скал создает неповторимый романтический контраст, то Кипр лишен подобного великолепия. Но у него своя тектоническая фишка: горы расположены в центре острова, а практически все побережье, по контуру, представляет собой сплошной пляж. Остается застроить территорию гостиницами, тавернами, дискотеками и аквапарками, что и делается.
Не без удовольствия отметим, что на пляжах Кипра женщины могут загорать без верхней части купальника. И хотя этим правом пользуются, прежде всего, особы, которым иначе трудно привлечь к себе внимание, на пляжах при продвинутых отелях вы непременно встретите симпатичных девушек с открытым торсом.
Возможны и прямо противоположные примеры. В аквапарке близ города Айя Напа я наблюдал за мусульманской семьей, катавшейся с горок. Глава семейства мог позволить себе купаться в трусах, тогда как две его жены, плотно укутанные в халаты и платки, плавали в этаких скафандрах.
Да что там мусульмане. В нашем отеле поселился молодой, лет 30-ти русский священник с женой. По улице он ходил "в форме", но купался поначалу как все нормальные люди - в плавках (супруга выходила на пляж в закрытом темном купальнике). Хаер свой собирал в косичку и был похож на добродушного байкера. Затем, однако, батюшка устыдился легкомысленности своей экипировки (а может пришло какое указание?) и стал погружаться в воды в тенниске и кепке...
По прибытии на остров турист попадает в разработку экскурсионных фирм, предлагающих различные развлечения: от ловли осьминогов до трехдневного тура в Бейрут, Каир, Иорданию или Израиль. Обзорные поездки по Кипру с посещением древностей - в пределах 20-35 фунтов на человека. Древностей, правда, не намного больше чем у нас в Херсонесе. «Разводят» здесь как на любой подобной экскурсии: везут к античному храму, от которого уцелела лишь часть фундамента и с пафосом рассказывает о том, что вот этому фрагменту мозаики две тысячи лет. «Две тысячи, представьте!» Выглядеть лохом не очень обидно, потому что рядом такую же «лапшу» вешают тургруппам из Франции, Бельгии, Швеции.
Древние со вкусом выбирали места для построек, и в каждой такой поездке наиболее содержательна природа - со склонов открываются замечательные панорамы берега -бесконечного, широкого, пустынного (от автобуса далеко, не добежишь).
Кипрскую кухню трудно оценить по достоинству: на море всегда хочется есть, поэтому что бы не принесли - сгодится. Дают много, насыпают щедро, в большинстве таверн клиенту, если сделан приличный заказ, предложат «бонус» в виде бесплатного кофе, фруктов и т.д. Главное же отличие от наших харчевен - здесь не спрашивают, что будем брать на гарнир. Независимо от заказа, к основному блюду принесут гору жареной картошки и салат "огурцы-помидоры". Картошки на Кипре родится не меряно (это едва ли не главная статья сельхозэкспорта; в лавках можно встретить клубни размером с небольшую дыню) и оттого, что греки нею объедаются на ночь, после сорока их распирает, будь здоров.
Перед отъездом на Кипр турист получает инструктаж: обязательно попробовать так называемое "мезе". "Мезе" - в переводе деликатесы, рыбные или мясные. Стоит это удовольствие от пяти до восьми фунтов на брата, причем заказ принимают не меньше чем на две персоны. Чтобы съесть мезе, надо быть физически подготовленным: не жрать ничего накануне, иначе не влезет. Дело в том, что в заказ входит не меньше пяти блюд на каждого, плюс разные салатики. Из кухни несут деликатес за деликатесом, по нарастающей: с каждым разом все вкуснее. Креветки, кальмары, осьминоги... Но ты уже после третьей пайки сидишь с выпученными глазами и тупо рыгаешь.
Запиваются деликатесы лучше всего вином. Кипрская винная промышленность достигла за последние тысячелетия впечатляющих результатов. На острове четыре алкогольных концерна, не считая мелких производителей. Легкие кипрские вина настолько хороши, что грузинские, по сравнению с ними - ординарный кисляк. Сказываются достоинства местного, опаленного солнцем винограда, который, говорят, убирают в опасных условиях: в виноградниках от зноя прячутся змеи.
Есть нечто благородное в том, чтобы выпить вина, ради которого кто-то рисковал жизнью. Но не дай Бог выпить местной виноградной водки или бренди - рисковать уже будешь ты. Всегда раздражают и люди, и народы, занимающиеся не своим делом. Славяне - те пытаются играть в футбол, выпускать легковые машины. Киприоты - делать крепкие напитки, хотя никто их, кажется, не заставляет.

Краткий курс борьбы за процветание

Кипр, подобно Украине долгое время был проходным двором для всевозможных завоевателей и обрел независимость лишь в 1960 году, с разрешения англичан, которые правили островом последними. Британцы задали аборигенам не только левосторонне движение и высокий как для восточного Средиземноморья уровень культуры, но и основы демократического общества, сочинив конституцию для новой республики. До этого несколько веков Кипром владели турки, они же напомнили о себе в 1974 году, когда Турция захватила северную часть острова. К туркам у греков-киприотов историческая нелюбовь, англичан же, сохранивших на острове несколько военных баз (сильно контрастирующих на местности своей ухоженностью и особенностями архитектуры) недолюбливают как оккупантов, которые запомнились, поскольку были последними. Разумеется, к туристам это не относится.
Вообще туристов в местные разборки стараются не посвящать, для них жизнь на острове должны выглядеть беспроблемной. Хотя в лекциях экскурсоводов порой прорываются политические нотки.
Мы едем в Пафос - красивейший город на Юго-Западе острова, древнюю столицу острова. Наш гид - студентка в очках, чересчур, как для поездки к античным древностям, подкованная в вопросах новейшей истории. Яркий патриот своего края, она рассказывает с жаром активистки УНА-УНСО, что самые красивые курорты Кипра раньше находились на севере страны и после семьдесят четвертого стали недоступными Это побудило киприотов, изгнанных с севера, строить новые города и развивать туризм на Юге. "Направо - дома, в которых никто не живет, - отмечает с некоторым удовлетворением гид, когда мы проезжаем по окраине южного города Лимассола - раньше они принадлежали здешней турецкой общине".
Минуя английскую базу, занимающую часть великолепного побережья с белым, как в рекламе, песком, мы узнаем от язвительного экскурсовода, что англичане построили на ее территории семь (!) стадионов для игры в гольф. И впрямь, если смотреть вниз, с горной дороги, замечаешь если не семь то четыре поля, размером с "Динамо". На одном копошатся несколько джентльменов. Возмущение в автобусе нарастает: ну на фига им столько?!
По воскресеньям в эфир одного из местных каналов выходит телепрограмма вроде "Служу народу Украины". Заставкой в ней служат черно-белые хроникальные кадры захвата турками северного Кипра. Под звуки патетической симфонии злобные турки с автоматами выгоняют из жилищ мирных жителей. Затем картинка становится цветной: сегодняшние бойцы кипрской армии бодро шагают под звуки героических маршей. Летят самолеты, мчатся стремительные кипрские танки. Строгий диктор, напоминающей своей ортодоксальностью ведущего новостей канала "Интер" начинает рассказ о том, как армия мужественно защищает рубежи Родины.
Проблема северных территорий Кипра на сегодня неразрешима. ООН не признала захват Турцией части острова, но и только. На границе двух образовавшихся зон дежурят миротворческие силы. Боевых действий стороны не ведут и на том спасибо.
Нерешенность территориального спора между странами, наряду с офшорным статусом Кипра была одним из препятствий для вступления страны в ЕС. Сейчас проблема отпала: греческому Кипру разрешили "отдельно" интегрироваться в Европейское сообщество. Быть может, подобным образом нас когда-нибудь примут в НАТО - без части Севастополя с Черноморским флотом

Чужой среди своих

Отдых заключается в том, чтобы наших людей не видеть, говорит один мой приятель, не вылезающий из загранкомандировок. На Кипре "наших" хватает. Русских и русскоязычных туристов на острове пока не так много как англичан и немцев, но достаточно для того, чтобы потребовать в таверне меню на русском языке, чтобы обслуга неестественно широко улыбалась, распознав в вас "рус", как улыбаются служащие макдональдса детям.
Самолеты Аэрофлота и авиакомпании "Сибирь" бороздят небо в районе кипрского аэропорта с пугающей регулярностью и воспринимаются как налет вражеской авиации. Русские девушки отличаются не только миловидностью и светлыми волосами, но и тем, что носят немыслимые, безвкусные наряды, вечером дефилируют по набережной в брюках и длинных юбках, хотя все прочеее побережье облачено в шорты и майки.
Количество русских еще далеко до той критической массы, когда опасаешься получить в глаз за одну принадлежность к великому и замечательному в своей непосредственности и бесцеремонности народу. Но уже вызывает желание раствориться в толпе с западными туристами, не плевать на асфальт, не заказывать целую бутылку вина в кафе, ограничившись стаканом, не носить майки с гербом СССР, не орать на весь пляж "Ви-и-тя! Ты чё в воду-то па-алез! Я те чё сказала!", и вообще стараться говорить как местные, на плохом английском.
Иногда, впрочем, неожиданно прорывается национальное самосознание. Вместе с  туристами-«фирмачами» отправляемся на греческой шхуне в круиз вдоль побережья. Старпом Коля (наши люди есть везде) просит отметить в тетрадке, кто откуда - чтобы сориентировать переводчика. В графе "национальность" - вот она, чужбина - разборчиво выводишь «украинец» (интересно, что пишут евреи?).

Местные

Главное о чем думаешь, разобрав в номере вещи - куда спрятать деньги, чтобы не украли. И это несмотря на то, что тебе четко написали в путеводителях: на острове один из самых низких показателей преступности. И еще повторили устами русских гидов: здесь не воруют.
Вскоре выясняется, что также и не пьют. Не просят фунт-другой на хлебушек. И вообще - не хулиганят, не пристают к девушкам, загорающим на пляже с голыми сиськами, не бегают с гиканьем по побережью, налетая на твой топчан и обрызгивая водой. Не тащат назойливо за рукав в свою лавку, обещая чудесные скидки. Да много еще чего не делают. Возможно, мы такими должны были стать при коммунизме, просто не успели.
Поскольку программа борьбы с бедностью на острове выполнена, ездят все на машинах, даже не на мотороллерах. В основном на небольших джипах, пригодных для поездок и по горам, в центральной части острова.
В пятницу, когда наступает уикенд, киприоты «из центра» садятся в свои джипы и направляются семьями к морю - загорать и купаться. Здесь, на побережье можно снять на выходные недорогой отель или просто стать лагерем, вытащить из машины столы, шезлонги и предаваться безделью. Если нет приличного общественного пляжа (хотя тут все же не Одесса), можно зайти на пляж при ближайшем отеле - это право любого отдыхающего. Правда, при этом придется заплатить фунт за лежак или зонт.
Вечером, после захода солнца, пляжники-дикари ужинают в свете настольных фонарей. На берегу разом загораются десятка два огоньков. Ухо силится уловить столь органичный для данной ситуации пьяный гогот или хотя бы рев магнитофона. Но нет, слышны лишь негромкие разговоры и нарастающий шелест волн.
Эта умеренность (из которой подсознательно норовишь сделаться исключением) - располагает. К ней привыкаешь, как ко всему хорошему. Оказывается, твоей нервной системе, измученной жизнью в столице большого восточноевропейского государства, только того и надо - возвращаясь за полночь в отель, не видеть в лунном свете шатающийся силуэт мужика, отливающего под забором.
Расхолаживает также отсутствие охраны в магазинах и конторах. Человек в камуфляже, с палкой или рацией здесь нонсенс. В банке, где я перед отлетом менял «подкожные», пришлось несколько минут ждать, пока кто-нибудь подойдет к окошку: все чуваки свалили на перекур. В сувенирных лавках, правда, за тобой будет деликатно следовать по пятам продавец, и для приезжих кое-где висят объявления о том, что зал просматривается видеокамерами; за кражу - штраф 50 фунтов.
В летнюю жару двери и окна в домах простых киприотов раскрыты настежь. И можно видеть полуголого хозяина или хозяйку, возлежащих на раскладушке и созерцающих идиотский национальный сериал. Местные телеканалы довольно примитивны - примитивнее украинских. В основном предлагается четыре вида телепродукции: новости, мыльные оперы, американские фильмы, и ток-шоу. Сериалы отличаются туповатым юмором, а американское кино -повышенным гуманизмом. Не знаю, где они отбирают такие боевики, в которых крупным планом не простреливают мозги. У нас такие фильмы показывают детям.
Люди, воспитанные подобным телевидением, должны быть добрыми, спокойными, неизобретательными.
На Кипре три официальных языка (греческий, английский, турецкий) и одна официальная вера - православие. Ее, слава тебе Господи, разделяют около 80% населения. Отношение к религии здесь дружески-неформальное. В сувенирной лавке можно встретить попа в рясе, продающего майки, купить подарочный набор, где вместе с бутылочками анисовой водки упакована иконка Николы Чудотворца. Но в критические времена диапазон влияния церкви расширяется: в 70-х, во время противостояния с турками президентом Кипра был архиепископ Макариос; сейчас он почитается как народный герой.
Я попробовал представить, как могла бы выглядеть жизнь на острове, если бы он лет на пятьдесят попал в лапы Советскому Союзу - мало ли как могла повернуть история в ХХ веке? Наверное, здесь бы построили космодром, или атомную станцию. Или полигон для чего-нибудь химического. На одной части острова появились бы закрытые пансионаты для членов ЦК и особистов, отслуживших в условиях вечной мерзлоты. На другой - тюрьмы и ЛТП. Аборигенов бы приобщили к портвейну, научили вырезать на пальмах слово «х&й». А картошка бы распределялась по талонам.
К счастью, мы пришли сюда с опозданием. И уже без автомата, а с кипятильником.