Сербяжная правда

Пять лет назад, 5 октября 2000 года, после массовых уличных протестов в Белграде пал режим Слободана Милошевича, который правил Югославией предыдущие 13 лет. Именно в Сербии был впервые задействован механизм смены власти, получивший впоследствии название «цветная революция». Пересматривая события тех дней, просто поражаешься тому, насколько у них все было так же, как у нас – президентские выборы, единый кандидат от оппозиции (нещадно поливаемый чем придется в находящихся под государственным контролем СМИ), оспариваемые оппозицией официальные результаты голосования, вышедшие на улицы сотни тысяч протестующих, рассмотрение дела в конституционном суде.

Пять лет – немалый срок, а также хороший повод оглянуться назад и вспомнить, как произошла и к чему привела цветная революция the original.

Фон и декорации

Конечно, несмотря на все параллели, Сербия 2000 года – это не Украина-2004 и даже не Грузия-2003. К 2000 году Сербия почти десять лет находилась в состоянии войны. С тех пор, как в 1991 году затрещала по швам Югославия, сербы непрерывно воевали за призрачную надежду сохранить обломки рассыпающегося государства: война с Хорватией, затем конфликт в Боснии и, наконец, бойня в Косово, результатом которой стали бомбардировки городов Сербии и Черногории авиацией НАТО. Страна находилась в дипломатической изоляции, экономике грозил полный крах, однако власть под руководством Милошевича по-прежнему продолжала «кормить» своих граждан рассказами об «исторической миссии Сербии», «защите православных святынь» и «международном заговоре против сербов».

6 июля 2000 года президент Югославии Милошевич, которому еще остается один год правления, объявляет о смене конституционного порядка – президент страны отныне должен избираться не в парламенте (Скупщине), а прямым голосованием граждан. По всей видимости, не уверенный в поддержке депутатов Скупщины Милошевич таким образом надеется обеспечить себе еще один срок правления. Выборы по новому принципу назначаются на 24 сентября.

Ранее отличавшаяся постоянной мелко-внутренней грызней оппозиция, как ни странно, находит в себе силы объединиться в предвыборный альянс – Демократическая Оппозиция Сербии, включающая 18 (!) партий – и выдвигает единого кандидата на президентские выборы в лице 56-летнего Воислава Коштуницы.

Не готовый к борьбе против серьезного соперника, Милошевич подает пример, которому затем старательно следовали бывшие и грузинский, и наш президент: он применяет «админресурс». Неугодные негосударственные СМИ, в т.ч. телерадиостанция B92 (на то время – нечто вроде нашего Пятого канала) закрываются или вынужденно переходят на нелегальное положение, вещая из подпольных студий через интернет и спутниковые каналы. Иностранным наблюдателям, которые должны были контролировать ход выборов, запрещается въезд в Сербию.

Лишенная доступа к СМИ, оппозиция обращается к избирателям напрямую, через уличную агитацию. На предвыборных митингах и акциях оппозиции самую активную роль играет молодежная организация «Отпор», а их символика – сжатый кулак на черном фоне и лозунг «Готов Jе!» («Ему конец!») – заполоняет улицы.

Главные действующие лица

Слободан Милошевич – пока еще президент Югославии и председатель Социалистической партии (переименованной коммунистической). Экономист по образованию, в прошлом – банкир (одно время работал представителем Банка Белграда в Нью-Йорке), жесткий и авторитарный правитель, Милошевич пришел к власти на волне великосербских националистических настроений в конце 1980-х годов. Он повел свой народ в вооруженные конфликты против бывших братьев по Югославии, и бесславно проиграл все эти конфликты.

Сербская властная элита – в основном бывшие коммунисты, перекрасившиеся в националистов и нередко сколотившие на войне и контрабанде немалые состояния – разобщены и деморализованы. Войны проиграны, санкции действуют, экономика разрушена, союзников в мире не осталось. Некоторые (Радован Караджич) разыскиваются Гаагским трибуналом по обвинениям в военных преступлениях и находятся в бегах. Обвинения выдвинуты и против самого Милошевича.

Воислав Коштуница – символ обновления, кандидат в президенты от оппозиции, председатель Демократической партии Сербии. Потомственный юрист, либерал, демократ и патриот, Коштуница выглядит оптимальным кандидатом: он никогда не состоял в коммунистической партии, никогда не занимал государственный пост (а значит, не может быть обвинен в коррупции) и не был замечен в особых симпатиях к Западу.

Зоран Джинджич – прозападный руководитель Демократической партии, в прошлом диссидент и мэр Белграда, руководитель и вдохновитель избирательной кампании кандидата от оппозиции.

Сербский народ – измученный бесконечными войнами, конфликтами и экономическим упадком. Делится на две категории: националистов, которые обвиняют во всех бедах Сербии мировое сообщество во главе с США, и либералов, которые во всех бедах обвиняют националистов и их неугомонное желание вступать в безнадежные конфликты против всех. Третья категория – обычные люди, которые просто устали и хотят нормальной жизни – составляет абсолютное большинство.

Действие

24 сентября 2000 – день голосования – прошел в обстановке напряженного ожидания.

Уже 25 сентября Воислав Коштуница заявил о своей победе, утверждая, что за него было отдано 55% голосов. 26 сентября Центральная избирательная комиссия объявляет результаты, согласно которым Милошевич набрал 40, а Коштуница 48 процентов голосов, что должно было означать повторное голосование.

27 сентября в Белграде, Новом Саде и других городах Сербии начинаются массовые протесты с требованием отставки действующего президента. Через несколько дней Сербия оказывается практически полностью парализованной в результате всеобщей забастовки.

Дело о президентских выборах передается в Конституционный суд. Суд постановляет, что результаты состоявшегося голосования должны быть аннулированы, Милошевич должен вернуться к выполнению обязанностей президента соответственно прежнему конституционному порядку, а следующие выборы – состояться в 2001 году. Однако оппозиция игнорирует решение Конституционного суда и продолжает требовать отставки Милошевича.

Финал

5 октября оппозиционные политики, подозревая Милошевича в сознательном затягивании времени, предъявляют президенту ультиматум: до 15:00 он должен сложить свои полномочия. В Белград со всей страны стягиваются колонны сторонников Коштуницы; в некоторых случаях они прорываются через милицейские блок-посты.

После полудня в районе здания Скупщины происходят первые стычки между демонстрантами и милицией – милиция стреляет в воздух и применяет слезоточивый газ.

В три часа дня от Милошевича по-прежнему нет никаких известий; его местонахождения неизвестно. Толпы протестующих идут на штурм парламента, охрана частично разбегается, а частично переходит на их сторону. Следующим, после ожесточенной перестрелки, в руки оппозиции переходит здание государственного телевидения. К вечеру все ключевые здания государственной власти находятся в руках восставших. В 18:30 Коштуница, стоя на балконе белградской мэрии, провозглашается президентом Югославии перед полумиллионным митингом своих сторонников.

Невозможность поверить, что авторитарный режим, правивший страной последние 13 лет, оказался повален всего за несколько дней, всеобщее ликование, братание, празднование, песни и танцы – в неподражаемом балканском духе. Кто видел фильмы Эмира Кустурицы, тот может себе представить. Западные СМИ ликуют еще больше. Свергнут последний коммунистический режим Европы! Теперь уж наверняка сербы ускоренными темпами присоединятся к счастливой и демократической семье европейских народов.

Выражение «5 октября» стало в Сербии прямым прообразом нашего «Майдана». Новейшая история разделилась на «до 5-го октября» и «после 5-го октября». Вошло в обиход выражение «идеалы 5-го октября», а почти одновременно с ним – и «предательство идеалов 5-го октября».

Послесловие

После того, как утихли салюты и было допито шампанское, в декабре 2000 года состоялись парламентские выборы. На них победил блок Демократическая Оппозиция Сербии во главе с Зораном Джинджичем, который занял пост премьер-министра. Перераспределение властных полномочий также означало, что президент становится по большей части церемониальной должностью, а основная власть переходит в руки премьера.

Однако сразу же стало очевидно, что блок вчерашних оппозиционеров не имеет ни достаточного единства, ни воли для эффективного управления государством. Тут же вскрылись и противоречия между двумя ключевыми фигурами власти – президентом Коштуницей и премьером Джинджичем, и возглавляемыми ими партиями. Джинджич выступал как сторонник более радикальных экономических реформ и тесных связей с Западом, в то время как Коштуница занял более консервативную, умеренно-националистическую позицию.

В 2001 году усилиями Джинджича был арестован и выдан Гаагскому трибуналу Слободан Милошевич – несмотря на протесты Коштуницы, который настаивал, что суд над бывшим президентом должен происходить в Сербии. Милошевич в Гааге ведет себя дерзко и высокомерно, процесс продолжается до сих пор, и конца ему не видно.

Разрыв между бывшими союзниками углубился еще больше, и все представители партии Коштуницы покинули правительства Джинджича. В конце 2001 года блок бывших революционеров окончательно распался. Остатки коалиции расползлись по своим партиям и в группу «Г-17 Плюс», объединяющую целый ряд мелких движений.

В феврале 2003 Югославия самоликвидируется и преобразуется в союз Сербии и Черногории. Таким образом ликвидируется и должность югославского президента, оставляя Коштуницу не у дел.

Сербская революция, между тем, начала пожирать своих детей уже самым драматичным образом: 12 марта 2003 года премьер-министр Зоран Джинджич был убит снайпером. Несмотря на многочисленные версии и суд над предполагаемым исполнителем, заказчики убийства до сих пор неизвестны.

Преемником Джинджича на посту руководителя Демократической партии становится Борис Тадич, который в 2004 году избирается на пост президента Сербии. В том же году Воислав Коштуница занимает должность премьер-министра.

Что в сухом остатке?

Несмотря на все европейские устремления нового руководства, принимать сербов Европа не спешит. Обычным предлогом для торможения евроинтеграции стало «недостаточное сотрудничество» сербских властей в деле передачи Гаагскому трибуналу обвиняемых в военных преступлениях. Хотя почему-то это не особенно тормозит переговоры о вступлении в ЕС соседней Хорватии, которая тоже не спешит выдавать своих военных преступников. По-прежнему нерешенным остается и вопрос о статусе Косова.

Бесспорное достижение – свобода слова. Сербия сегодня занимает одно из первых мест по количеству теле- и радиостанций на душу населения. Однако экономика все еще оставляет желать лучшего. Развитие идет довольно медленными темпами, а ожидавшийся поток иностранных инвестиций оказался лишь тоненькой струйкой. Безработица достигает 30%, привычными стали коррупционные скандалы в связи с приватизацией государственных предприятий. Впрочем, по оценкам специалистов, по уровню ВВП Сербия за последние пять лет смогла вернуться на уровень 1980 года – не так уж плохо для экономики, которая 10 лет падала в никуда, а потом еще и была разбомблена самой передовой авиацией в мире.

Как пишет спустя пять лет после революции белградский экономист Дмитрий Боаров, «Мы ожидали гораздо большего – но очевидно, что эти ожидания не были реалистичны. Мы хотели бы получить больше, чем получили, но между желаемым и возможным всегда есть большая разница».

Очевидная истина, не правда ли?

МАТЕРИАЛЫ НА ЭТУ ТЕМУ